Menu

Деньги и национальные проекты

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Статья в сокращенном виде под названием «Придайте рублю виртуальности» опубликована в еженедельнике "Экономика и жизнь" №20, май 2006, стр. 6.

Инфляция

Постоянно использующееся СМИ экономическое понятие «инфляция» давно утратило свой подлинный смысл в понимании населением. Инфляцию уже практически приравняли к росту индекса потребительских цен. Причем утрате смысла способствуют не только журналисты, но и, скажем министры финансов – не только нынешний, но и его предшественники, выступающие в различных телевизионных шоу.

Журналисты спрашивают министра: отчего бы не использовать средства пресловутого стабфонда для развития отечественной экономики. Министр отвечает, что ежели взять и раздать все деньги народу, это приведет к инфляции. Странный ответ, поскольку, во-первых, никто и не предлагает министру раздать все средства народу. Во-вторых, в нашей всенародно любимой стране Америке на руках у американского населения денег куда больше, чем весь наш стабфонд, причем эта масса непрерывно и стремительно возрастает, а инфляция доллара вполне умеренная. Значит, не все так просто… Значит, на инфляцию влияют и другие факторы. Какие же? Может прав был Людвиг Эрхард, писавший, что «инфляция не закон развития, а дело рук дураков, управляющих государством»? Нет, можно не сомневаться что не только все наши министры финансов, но и все студенты финансово-экономических специальностей знают про «инфляцию спроса», «инфляцию издержек», про неравномерность распределения спроса и предложения в различных секторах экономики, про влияние безработицы на инфляцию и т.д. и т.п. К сожалению, практическая польза от этих знаний пока невелика и в арсенале правительства основным инструментом влияния на рост инфляции остается так называемое снижение давления денежной массы спроса на рынок потребительских товаров. В то время как в руках правительства должен быть, как минимум, еще один инструмент, обеспечивающий «взаимосвязь между объемом и скоростью обращения денежной массы с объемом фактического и потенциального производства реальных товаров». Но этот инструмент – соразмерное увеличение производства товаров – сложен, да и не находится в ведении министерства финансов. Не найдем мы этот инструмент и в министерстве экономического развития, кое-что отыщется в минпромэнерго, но задачи этого министерства уже далеки от заботы об инфляции: их удел – попытаться учесть ее как данность.

У нас сейчас все – от президента до последнего депутата – неустанно твердят о необходимости «подавить инфляцию».

Это до жути напоминает способ лечения болезней, сопровождающихся ростом температуры, путем «сбивания» этой самой температуры. И такие «лекарства» быстро находятся. Но ведь температура повысилась организмом по двум, как минимум, причинам: чтобы лечить возникшую болезнь, создавая благоприятные для гибели микробов условия, и чтобы сигнализировать интеллектуальному центру организма о наступлении болезни и принятии дополнительных мер к ее устранению. И если «интеллектуальный центр организма» отвечает своему назначению, он примет разумные меры по лечению и, одновременно, будет отслеживать динамику температуры, не допуская перехода опасных для жизни границ.

«Интеллектуальный центр» нашего государства, являющего собой явные признаки больного организма, у которого «жар», то есть высокая инфляция, пытается то окриком, то заговорами, то импортным «колдрексом» сбить злосчастную температуру. Не получается. Не то, что вот именно сейчас не получается – никогда не получалось! То есть просто ни-ког-да! Ни единого дня в славной истории «свободной экономики» в «свободной России» мы не жили с нормальной температурой. И не то чтоб врачи не пришли на помощь – они прост-таки не отходят от одра умирающего. И что только ни делали: «продевали три раза сквозь потный хомут, спускали, родимого, в прорубь, под куричий клали насест…». Всему покорялась матушка Россия, как голубь, а – плохо…

Нет, не видать нам счастья с такой стратегией… Мы дошли до трагического парадокса: чем больше денег мы зарабатываем, тем хуже живем! И это не софизм – это прямое следствие иррациональной логики «интеллектуального центра» государства, основанной на добровольном отказе от имеющихся возможностей и преимуществ.

Энергоносители – базис, субстрат всей экономики

В стране очевидная для специалистов – инфляция издержек, обусловленная ростом затрат на производство продукции. Одна из основных составляющих затрат при производстве чего бы то ни было – энергозатраты. Здесь лежат «ключи к счастью».

По каким мотивам нам следует отказаться, скажем, от географических преимуществ - преимуществ, дарованных нам природой и трудом предшествующих поколений? Раз уж так получилось, что у нас есть нефть, газ и электроэнергия, лежащие в основе всех современных цивилизаций, всех видов человеческой деятельности, всех видов и способов производства, то почему мы должны сами себе связать руки ноги?

Почему Франция не вырубила все виноградники и не пытается выращивать на их месте ягель и морошку – очень нужные в определенных местах продукты? Почему Америка, производящая доллары, не переходит добровольно на молдавские леи? Почему Великобритания не отказывается от употребления английского языка и не возвращается, например, к кельтскому?

Идиотские идеи? – Несомненно. Столь же идиотская идея – выравнивать в России внутренние и внешние цены на энергоносители. Это губит – и окончательно погубит! – экономику страны. Да, топливно-энергетический комплекс – это наш главный экономический комплекс, который дает основную долю нашего национального продукта. Но если мы не обеспечим рост и модернизацию этого комплекса, нам не стать не то что энергетической сверхдержавой – что совсем не плохо – но и чьим-то сырьевым придатком можно не остаться. Потому что утрата конкурентоспособности – это утрата суверенитета.

Если установить искусственным, директивным образом, внутреннюю цену на энергоносители такой, чтобы она покрывала издержки по их добыче, производству и доставке, а норма прибыли всех участников цепочки - добытчика, переработчика, транспортировщика и продавца - не превышала некоего максимума, тогда установятся льготные условия для всех отраслей промышленности, сельского хозяйства и всех иных видов деятельности. (Для эмоциональной «либерально мыслящей» интеллигенции сообщаем, что в США, например, уже более ста лет существует и действует государственная "Комиссия по контролю за ценами", подобные государственные структуры имеются и в других высокоразвитых глубоко капиталистических странах.)

Оказавшись в таких (естественных, то есть природных – это надо подчеркнуть) условиях производители промышленной продукции получат шанс для успешной конкуренции как на внутреннем, так и на мировом рынке. Это, в частности, приведет к резкому и устойчивому снижению инфляции. И только после этого появится реальная возможность управлять инфляционным процессом, в том числе, и с помощью монетарных методов, таких, как сжатие денежной массы и прочее.

От установления специальных внутренних цен на энергоносители выигрывают все. Даже сами производители и поставщики энергоресурсов: во-первых, для них остается сверхприбыльный зарубежный, мировой рынок, на котором они будут продолжать получать сверхприбыли от продажи нефти и газа. Во-вторых, поскольку в результате этих мер в стране появится устойчивая, конкурентоспособная, диверсифицированная экономика и, как следствие, произойдет резкое снижение инфляции, у нефте- и газодобытчиков появится не только заинтересованность, но и выгодная возможность инвестировать средства как в экономику в целом, так и в развитие и модернизацию собственного производства: в строительство новых нефте- и газопроводов, разведку, обустройство новых и модернизацию старых центров добычи, внедрить современные технологии добычи и переработки и т.д. Да и сегодняшний расчет энергетических олигархов: выдоить эту нефтегазовую русскую корову до конца и – свалить, может измениться на долгосрочную стратегию, состоящую не только из выдаивания коровы, но и инвестирования полученных средств в иные отрасли бизнеса в России.

Вот, например, в такой стране как Объединенные Арабские Эмираты, нефтяные шейхи, сколотившие и продолжающий сколачивать на продаже нефти огромные состояния, давно сформулировали и успешно реализуют весьма эффективную стратегию превращения страны-поставщика нефти в страну, которая должна будет жить и процветать и тогда, когда нефть закончится. По непонятным для наших крупных капиталистов мотивам, эти шейхи ревностно относятся к этому клочку пустыни, который они называют Родиной. И хотят жить там и тогда, когда из Родины не удастся выдавить ни капли нефти – а это произойдет в прогнозируемом будущем. Они беззастенчиво используют свои географические конкурентные преимущества, превратив свою береговую линию в грузоперевалочные порты-хабы, играющие исключительно важную роль в обслуживании грузопотоков Азия-Европа. Кроме того, они решили добиться того, чтобы в ближайшие годы доходы от туризма составили не менее 60% национального дохода – и это в стране, где нет ни одного не то что художественного или исторического памятника – там нет просто ни одной старой постройки! Там нет и никаких природных красот – сплошная безводная пустыня. И вот в этих условиях несколько лет назад началось строительство сказочных городов и оазисов будущего, возведены виллы и небоскребы, уникальный комплекс «Дубай Спорт-Сити», в котором представлены все существующие в мире виды спортивных сооружений, строится «Дубайская силиконовая долина», в которой концентрируются университет, научно-исследовательские центры и высокотехнологичные производства, намывается ряд уникальных островов, на которых утопают в зелени престижные жилые комплексы, по производству клубники страна выходит на одно из первых мест в мире – а ведь там нет ни одной реки, вообще ни капли пресной воды: все за счет искусственного опреснения… И все это – уже есть, уже работает, все, что там строится мгновенно раскупается состоятельными людьми со всего мира.

Молодцы арабы? – Молодцы. Можем мы у них поучиться, перенять их опыт? – Нет! Их опыт – это их, и только их опыт. Так же, как и опыт Америки, Японии, Китая, Германии… Поучиться у всех успешных стран можно только одному: способности самостоятельно решать свои проблемы, не заимствовать чужой рецепт успеха, а создавать свой собственный.

Производство «длинных денег» требует новых финансовых технологий

Разделение сфер движения денег, расслоение единого денежного пространства на подпространство «длинных» (производственный сектор) и подпространство «коротких» денег (потребительский сектор) позволит запустить инвестиционный процесс. Подобная двухконтурная схема лежала в основе финансовой системы, созданной в СССР в 20-е годы прошлого века, ставшей самой высокоэффективной в мире на тот период. Учитывая достоинства и апробированную эффективность многоконтурных систем денежного обращения, необходима разработка подобной системы и на современном этапе[1]. Так, например, для целей долгосрочного инвестирования, могут быть введены в оборот особые «инвестиционные» рубли, отличительными особенностями которых было бы следующее. Прежде всего, это только и исключительно безналичные, электронные деньги, существующие лишь как записи на счетах. Они могут эмитироваться в количестве, коррелирующем, скажем, с какой-то частью золотовалютного резерва и в соответствии с поставленными целями. С помощью этих инвестиционных рублей возможно приобретение основных фондов и оплата всех видов налогов, однако невозможна выплата заработной платы, то есть превращение их в наличные рубли. В этом случае «инвестиционные» рубли не будут оказывать того инфляционного давления, которое может оказывать денежная масса, предназначенная для покупок на потребительском рынке в условиях товарного дефицита. И сами «инвестиционные» рубли будут в значительно меньшей степени подвержены инфляционным факторам, влияющим на «обычные» рубли. При правильном конструировании подобный контур финансового обращения способствовал бы долгосрочному инвестированию, реализации крупных проектов, направленных на развитие реального сектора экономики, гармонизации структуры экономики страны, расширению и стабилизации потребительского рынка, в том числе, снижению инфляции «обычных» рублей.

На самом деле мы с вами давно и всегда подразделяем деньги на разные «контуры» для разных типов социального взаимодействия. В сознании людей существуют, например, деньги сакральные и деньги профанные, в зависимости от того, заработаны они трудом праведным, или достались «случайно». И в отношении расходуемых денег существует определенная моральная оценка: деньги можно потратить «с умом», «по совести», а можно и «профукать». Это целевое обозначение денег является прямым порождением социальных и религиозных ценностных ориентаций. И конструирование многоконтурных систем денежного обращения в государстве является столь же естественным. Чем совершеннее структурирована система денежного обращения, тем более развитую экономику она способна обслуживать.

Проектное мышление

Вот уже полгода страна живет в новой эпохе – эпохе национальных приоритетных проектов. «Национальный проект – сказал В. Путин – это не панацея для решения всех проблем, перед которыми стоит страна… Это просто сигнал, импульс в том направлении или в тех направлениях, которые мы считаем на данном этапе развития экономики и социальной сферы страны приоритетными, — здравоохранение, образование, доступное жилье, сельское хозяйство».

Суть подхода, в результате которого появились национальные проекты, первый вице-премьер Д.Медведев выразил так: "Мы долго пытались приступить к работе, касающейся самых сложных вопросов жизни, но исходили при этом из других критериев. Есть проблема - мы ее решали, а не было - мы ее не затрагивали. Проекты - это фактически революция наших взглядов на развитие, это векторы, которые показывают те направления развития, которые могут привести к качественному изменению жизни в стране".

А заместитель Руководителя Администрации Президента В.Сурков подчеркивает: «Хочу еще раз подчеркнуть, что это не раздача денег, это попытка выработать новые подходы в реализации политики по основным направлениям. Вы знаете: жилье, образование, здравоохранение и, наконец-то, село. В кои-то веки перестали говорить, что там все украдут, и наконец отнеслись более серьезно к сельскому хозяйству. Мы должны добиться того, чтобы на селе, и в нашей высшей школе и в средней школе, и в медицинских учреждениях мы бы смогли за этот период уже показать какой-то результат».

Такая позиция руководства страны обнадеживает, но и настораживает. Обнадеживает – поскольку «проектный» подход бывает эффективен. Настораживает – поскольку проектов в том смысле, которым во всем мире наделяется это понятие, похоже, пока нет. Прошедшее в апреле второе заседание Совета при Президенте РФ по реализации национальных приоритетных проектов подвело итоги первых четырех месяцев работы. Анализируя представленные результаты, можно сказать, что в тех направлениях, где «проекты» в значительной степени сведены к «документам по распределению денег» («Образование» и «Здравоохранение») рапорты министров бодры и оптимистичны: закуплено оборудования столько-то, зарплаты увеличены на столько-то и т.д. Не умаляя значимости содеянного, пристальнее посмотрим на неудовлетворительные результаты в проекте «Доступное жилье». Здесь простое увеличение расходной части не приводит к декларируемым результатам, поскольку в этом случае нужны не просто деньги, а те самые «длинные» деньги, которых в экономике страны пока нет. И они не появятся, если не озаботиться их производством, о чем мы писали выше. Так что самые первые результаты, фиксирующиеся на начальном этапе программы, сигнализируют о необходимости корректировки избранной стратегии. Очевидно, что без комплексной увязки национальных проектов и развития экономики «в целом» достижение намеченных целей станет проблематичным.

Очень хочется надеяться, что, отработав подобные подходы к формулированию национальных целей, научившись ставить национальные задачи, выработав адекватные количественные критерии и оценки, выстроив систему управления проектами, интеллектуальная и управленческая элита нации сможет не только ставить перед страной высокие и долгосрочные цели, но и добиваться их.

«Всероссийская вертикаль проектов» может стать серьезным инструментом в решении задач развития страны. Только системное структурирование всего сонмища идей и проектов поможет не только осознанно смотреть в будущее, но и даст увидеть наиболее эффективную и долгосрочную финансово-экономическую перспективу как для отдельных инвесторов, так и для общества в целом. «Всероссийская вертикаль проектов» – живое, предполагающее корректировку изложение целей и путей их достижения с учетом взаимовлияний многих явлений и факторов. Отдельные части проекта могут и должны превращаться в планы, наполненные конкретикой цифр. Существование «древа проектов» как динамической системы взаимосвязанных политических, социальных и экономических сценариев и планов обеспечило бы возможность адекватной оценки перспектив инвестирования финансовых, людских и интеллектуальных ресурсов как в краткосрочные, так и долгосрочные проекты, позволило бы с максимальной эффективностью и осознаваемой пользой как расходовать, так и сберегать имеющиеся ресурсы. Весь сложный комплекс моральных и экономических приоритетов и ценностей может быть взаимоувязан только в такой сложной, синтетической конструкции, как «всероссийская вертикаль проектов».

 


[1] Суть инвестиционного коллапса при развале Советского Союза состояла, в частности, том, что произошло объединение «длинных» и «коротких» денег, была замкнута двухконтурная система денежного обращения. Напомним, что речь идет о существовании в те времена практически замкнутого контура безналичного денежного обращения, способного обеспечивать экономику «длинными» деньгами, и наличного контура, обслуживающего, в основном, потребительский рынок товаров и услуг. В результате «замыкания» безналичные деньги перетекли в наличные. «Короткие» деньги съели «длинные», так как первые гораздо выгоднее были для банков. Все последующие попытки восстановления «длинных» денег в условиях единого неструктурированного денежного пространства обречены на провал. Многочисленные инвестиционные компании, фонды и банки на практике оказываются теми же самыми инструментами обслуживания «коротких» денег. 

16-17 апреля 2006 г.